Мэтры мировой психологии под редакцией проф. В. Д. Менделевича руководство

ч. 1 ч. 2 ч. 3 ... ч. 46 ч. 47

ГЛАВА 3

ДЕВИАНТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ: СТРУКТУРА, МЕХАНИЗМЫ, КЛИНИЧЕСКИЕ ФОРМЫ

Зависимое поведение наиболее часто является девиантным по структуре. Вслед­ствие этого логичным представляется анализ современного состояния проблемы откло­няющегося поведения.

Девиантное (аномальное, ненормативное, отклоняющееся) поведение человека имеет существенные отличительные признаки по сравнению с гармонией и нормой, разнообразно по структуре, типам и формам. Под структурой девиантного поведения понимается специфика сочетания и динамики составных частей отклоняющегося от нормы или гармонии поведения. К типам девиантного поведения относят разновиднос­ти отклоняющегося поведения в зависимости от особенностей взаимодействия индиви­да с реальностью и механизмов возникновения поведенческих аномалий. Формы деви­антного поведения включают в себя клинические проявления отклоняющегося пове­дения.

Рассматриваемое в данной работе зависимое (аддиктивное) поведение несомненно носит девиантный характер, может быть различным по структуре и типу.



3.1. Структура девиантного поведения

Девиантное поведение может иметь разнообразную структуру и динамические ха­рактеристики, формироваться как изолированное явление или как явление группового порядка, сочетаться с иными клиническими формами или быть единичным феноме­ном, являться устойчивым или неустойчивым, иметь различную направленность и со­циальную значимость.



Индивидуальные (изолированные) девиации включают в себя все клинические фор­мы и типы отклоняющегося поведения, при которых оно не носит характера непосред­ственной связи с поведением окружающих. Нарушение правовых, этических или эстети­ческих норм происходит в данном случае вне связи с микросоциальными паттернами поведения. Нередко индивид осознанно стремится к выбору изолированной девиации, желая кардинально отличаться от окружения или конфронтируя «со всеми и вся». Иног­да он может не обращать внимания на наличие или отсутствие девиантных форм поведе­ния у близкого окружения, т. е. игнорировать реальность, не «изобретая» новую ориги­нальную девиацию. Особенно ярко индивидуальные девиации проявляются при психо­патологическом и патохарактерологическом типах отклоняющегося поведения. Известна лишь одна разновидность группового психопатологического девиантного поведения, носящего название индуцированного, — сформированного по механизмам прямого или косвенного внушения индивиду норм поведения и паттернов осмысления действи­тельности, произведенного авторитетным для него человеком, находящимся в болезнен­ном психическом состоянии. Классический пример — индуцированное бредовое пове­дение близких родственников душевнобольного.

28 Девиантное поведение: структура, механизмы, клинические формы

К изолированным девиациям относятся коммуникативные формы отклоняющегося поведения (аутистическое и нарциссическое поведение, гиперобщительность), аутоагрес-сивное поведение в виде суицидальных попыток (хотя возможны и групповые формы т. н. ритуальных суицидов), нарушения пищевого поведения (анорексия или булимия), анома­лии сексуального поведения и развития, сверхценные психопатологические увлечения («философическая интоксикация», сутяжничество и кверулянство, разновидности маний: клептомания, дромомания и др.), злоупотребление веществами, вызывающими измене­ния психической деятельности (наркотическая и алкогольная зависимость).

Наиболее часто наблюдаются групповые девиации. Их отличительная черта — об-лигатность сходных форм девиантного поведения у близкого окружения (созависимость), идолов, авторитетных лиц в референтной группе. Подавляющее большинство возраст­ных (особенно подростковых) вариантов отклоняющегося поведения относится к груп­повым. Так, к примеру, характерологические и патохарактерологические реакции под­ростков носят групповой характер. Реакции группирования со сверстниками, эмансипа­ции, имитации, оппозиции, а также такие клинические формы девиантного поведения, как спортивный, музыкальный или религиозный фанатизм, коллекционирование и «па­ранойя здоровья» (спортивная аддикция или аддикция упражнений), как правило, фор­мируются не изолированно, а в группе. Часто такие девиации не могут существовать вне группы или коллектива и корригируются изоляцией человека.

В основе формирования групповых разновидностей девиантного поведения лежит принцип группового давления и низкой толерантности к этому давлению, чего не наблю­дается при изолированных (индивидуальных) девиациях. Индивид, основываясь на специ­фических индивидуальных возрастных особенностях, склонен вначале дистанцироваться от взрослых и осознанно выбирать референтную группу. В дальнейшем уже сама группа в силу внутригрупповых закономерностей нацелена карать своих отклоняющихся от «об­щей линии поведения» членов, поскольку они могут создавать препятствия на пути обще­группового движения. Таким образом происходит становление группового отклоняюще­гося поведения, когда всецелое принятие групповых взглядов сочетается с подавлением собственных сомнений в правильности, нормативности своего поведения.

Групповое давление на индивида способны оказывать как референтная группа, так и семья. Групповое давление и формирование девиантного поведения могут происхо­дить в рамках профессиональных и построенных на какой-либо идеологии коллективов, а также в группах «по интересам». Так, профессиональное, конфессиональное, «хобби-альное» или любое иное сообщество людей способно гласно или негласно требовать от ее члена соблюдения норм, которые фактически могут иметь оттенки отклоняющегося поведения. Байкерские нормы диктуют необходимость выбирать мотоцикл с максималь­но мощным и громким звуком мотора и эпатажно демонстрировать его звучность в период, когда обыватель нацелен на тишину. От последователя какого-либо религиозно­го течения требуется громко много часов подряд в молитвах нечленораздельно, с кри­ком обращаться к божеству. Проституткам, в соответствии с «кодексом чести», запреще­но испытывать оргазм на работе.



Семейные разновидности групповых девиаций демонстрируют отклоняющиеся пат­терны поведения целой семьи или части ее членов, связанные с процессом группового давления. Это могут быть прямые влияния родителей на ребенка (например, вовлечение его в деятельность тоталитарной секты или оздоровительной группы) или опосредован­ная трансляция девиантных традиций (к примеру, злоупотребление алкоголем или сверх­ценные увлечения, стереотипы пищевого поведения). Возможны и обратные воздей­ствия ребенка с отклоняющимся поведением на родителей (формирование патохаракте-

Структура девиантного поведения



рологического типа девиантного поведения в виде чрезмерной общественной или иной активности у матерей, дети которых страдают, к примеру, наркоманией). Семейные деви­ации представляют собой устойчиво поддерживаемый и поощряемый группой (семь­ей) поведенческий стереотип. Зачастую семьи с девиантными формами группового поведения объединяются на базе этих отклонений и формируют новые группы — мета-семьи. Известны т. н. «шведские семьи», где объединяющим моментом служит приори­тетность в выборе групповых сексуальных взаимодействий. Религиозные коммуны, тре­бующие от своих членов отречься от прежних семей и образовать новую духовную общность, приписывают себе еще и семейные функции. Нередко лица с девиантными формами поведения строят свою семью на базе сходства отклоняющихся интересов и поведенческих стереотипов.

Девиантные формы поведения могут быть временными и постоянными, устойчи­выми и неустойчивыми. Для временных девиаций характерна малая длительность суще­ствования отклоняющегося поведения, часто связанная с групповым давлением и невоз­можностью быть вне группы. Так, подросток может проявлять девиантные формы пове­дения лишь в течение срока нахождения в лагере отдыха вместе со сверстниками, быть агрессивным только в группе. Или умеренно пьющий человек может злоупотреблять спиртными напитками под психологическим давлением попутчиков или сослуживцев во время командировки. К постоянным девиациям относят формы отклоняющегося поведения, имеющие склонность к длительному существованию и малой зависимости от внешних воздействий. Они составляют большинство девиантных форм поведения. Устойчивые девиации характеризуются монофеноменологичностью, т. е. в поведении человека преобладает лишь какая-либо единственная форма отклоняющегося поведе­ния. При неустойчивой девиации отмечается склонность к частой смене клинических проявлений девиации. Например, у человека могут чередоваться девиации в виде зло­употребления наркотическими веществами и нарушения пищевого поведения. К при­меру, наш испытуемый девиант Т., 50 лет, вылечившись от алкоголизма, вначале стал приверженцем одного из учений об оздоровливающей жизни с соответствующей откло­няющейся структурой поведения, а затем увлекся азартными играми (гемблингом) и проиграл на игровых автоматах большую сумму денег, заложив под них квартиру. В струк­туре его характера и личности был сформирован «каркас для нанизывания» на него разнообразных девиаций.

Выделяются стихийные и спланированные, структурированные (организованные) и неструктурированные (слабоорганизованные) разновидности отклоняющегося поведе­ния. Стихийные девиации имеют склонность к быстрому, хаотичному и неспланиро-ванному формированию. Они возникают под влиянием внешних обстоятельств и харак­теризуются временным характером. В таком случае девиантное поведение специально не запланировано, однако и не исключено из поведенческой программы. Стечение об­стоятельств и эмоциональный настрой индивида становятся решающими в появлении неадекватного поведения. Провоцирующим моментом могут служить действия окру­жающих. Нередко стихийно совершаются агрессивные и аутоагрессивные поступки при делинквентном и патохарактерологическом типах девиантного поведения. Спланиро­ванные девиации носят характер регламентированности, заданности и строгой очерчен-ности. Человек заранее готовится к их реализации, нередко испытывает «предстартовое волнение», радостное и одновременно беспокойное ожидание данного вида деятельно­сти. К спланированным девиациям относятся, примеру, гемблинг и употребление алко­голя или наркотиков. При них можно отметить наличие подготовительного периода, во время которого девиант с вожделением ожидает возможности включиться в азартную


30 Девиантное поведение: структура, механизмы, клинические формы

игру или появления «группы единомышленников». В рамках групповых девиаций воз­можны различные степени их сплоченности вокруг отклоняющейся формы поведения. Сектантство подразумевает сплоченность и структурированность, а для группы филатели­стов характерна малая организованность. Под структурированной (организованной) де­виацией понимается групповая форма отклоняющегося поведения, в рамках которой чет­ко расписаны роли всех ее участников. Для неструктурированной (слабоорганизован­ной) разновидности группового отклоняющегося поведения характерно отсутствие иерархических взаимоотношений, регламентации поступков.

Девиантные формы поведения по структуре могут быть также экспансивными и неэкспансивными, альтруистическими и эгоистическими. Экспансивные девиации, в отличие от неэкспансивных, характеризуются вторжением в сферы жизни и деятельно­сти окружающих людей, зачастую склонностью игнорировать их интересы и даже пося­гать на их свободы (например, агрессивное или гиперобщительное поведение, сексуаль­ные аномалии). При неэкспансивных девиациях индивид своим поведением формально может не задевать интересы окружающих (к примеру, нарушения пищевого поведения и аутизм). Неэкспансивные девиации отличаются саморазрушающим для личности де­вианта характером, когда неадекватная и неэффективная деятельность приводит к личност­ной деградации или блокированию личностного роста.

Подавляющее большинство форм отклоняющегося поведения можно назвать эгои­стически ориентированными. Эгоистические девиации отличаются нацеленностью на получении удовлетворения или личной выгоды. Злоупотребление алкоголем, наркоти­ческими веществами, сексуальные девиации и перверсии пропитаны желанием и стрем­лением индивида получить новые ощущения, «ублажить себя», испытать радость. Альт­руистические девиации, напротив, направлены на интересы других людей, нередко со­четаются со склонностью к самопожертвованию и самоуничижению. Альтруистические цели может преследовать суицидальное поведение человека, пытающегося расстаться с жизнью ради близких, ради божества, которому поклоняется или «ради всего человече­ства». В основе созависимого поведения лежит альтруизм.

По параметру осознаваемости и критичности можно выделить осознаваемые и не­осознаваемые девиации. Осознаваемые девиации представляют собой отклоняющиеся формы поведения, которые человек осознает как отклонения от нормы и по отношению к которым он может испытывать негативные эмоции и желание их исправить. Критич­ность чаще носит волнообразный характер. Неосознаваемые девиации, как правило, встречаются в рамках психопатологического типа девиантного поведения на базе психи­ческих расстройств. Они характеризуются полной спаянностью отклоняющейся формы поведения с личностью девианта, его убежденностью в том, что его поведение адекватно поступкам окружающих и их отношению к нему, а также отсутствием стремления изме­нить что-либо в своем поведении.

Используя «теорию ярлыков» Г. Беккера (1966), предлагается выделять две разновид­ности девиаций, различающихся механизмами формирования: первичные и вторичные. Первичные девиации представляют собой любые формы ненормативного поведения. Вторичные девиации возникают в результате вольного или невольного следования де­виантом за приклеенным ему обществом ярлыком, желания оправдывать ожидания людей, стремиться подтвердить справедливость их мнений и убеждений в отношении собственного отклоняющегося поведения. Наиболее ярко вторичные девиации проявля­ются у проходящих реабилитацию наркозависимых в ситуациях провоцирования со сто­роны близких или окружения.



Взаимодействие индивида с реальностью и типы девиантного поведения 3 I

3.2. Взаимодействие индивида с реальностью и типы девиантного поведения

В основе оценки девиантного поведения человека — анализ его взаимодействий с реальностью, поскольку главенствующий принцип нормы — адаптивность— исходит из приспособления (адаптивности) по отношению к чему-то и кому-то, т. е. реальному окружению индивида. Взаимодействия индивида и реальности можно представить не­сколькими способами (рис. 1).

Приспособление

Борьба (противодействие)


РЕАЛЬНОСТЬ => <= "Я" => <= РЕАЛЬНОСТЬ

Болезненное противостояние


РЕАЛЬНОСТЬ <= "Я" => РЕАЛЬНОСТЬ

Уход -


<= РЕАЛЬНОСТЬ "Я" РЕАЛЬНОСТЬ =>

Игнорирование <= "Я" РЕАЛЬНОСТЬ =>

Рис. 1. Взаимодействие индивида с реальностью

При противодействии реальности индивид активно пытается разрушать ненавист­ную ему действительность, изменять ее в соответствии с собственными установками и ценностями. Он убежден, что все проблемы, с которыми он сталкивается, обусловлены факторами действительности, и единственный способ достижения целей — это борьба с действительностью, попытка переделать реальность под себя или максимально извлечь выгоду из нарушающего нормы общества поведения. При этом ответом со стороны действительности по отношению к такому индивиду становится также противодействие, изгнание или попытка изменить индивида, подстроить его под требования реальности. Противостояние реальности встречается при криминальном и делинквентном поведе­нии. Например, употребление наркотических средств может быть обусловлено желани-



..'-'

Деьиантнсн: павеленме. стру кгу ра. ммяпммама* «ммютмемм»^1^ммм

ем подростка продемонстрировать собственную независимость от окружающих (взрос­лость) или даже назло родным.

Болезненное противостояние реальности обусловлено признаками психической патологии и психопатологическими расстройствами, когда окружающий мир предстает враждебным в связи с субъективным искажением его восприятия и понимания. Симп­томы психического заболевания нарушают возможность человека адекватно оценить мотивы поступков окружающих, и вследствие этого эффективное взаимодействие с окружением становится затруднительным. Если при противостоянии реальности здоро­вый человек осознанно выбирает путь борьбы с действительностью, то при болезнен­ном противостоянии у психически больного человека данный способ взаимодействия — единственный и вынужденный.

Способ взаимодействия с действительностью в виде ухода от реальности осознан­но или неосознанно выбирают люди, расценивающие реальность негативно и оппозици­онно, считающие себя неспособными адаптироваться к ней. Они могут также ориенти­роваться на нежелание приспосабливаться к действительности, «не заслуживающей того, чтобы к ней приспосабливались» по причине несовершенства, консервативности, еди­нообразия, подавления экзистенциальных ценностей или откровенно антигуманной де­ятельности. Уход в мир наркотического дурмана — одна из разновидностей ухода от реальности.



Игнорирование реальности проявляется автономизацией жизни и деятельности человека, когда он не принимает в расчет требования и нормы реальности, существуя в собственном узкопрофессиональном мире. При этом не происходит ни столкновения, ни противодействия, ни ухода от реальности. Стороны существуют как бы сами по себе. Подобный вариант взаимодействия с реальностью довольно редок и встречается лишь у небольшого числа повышенно одаренных, талантливых людей с гиперспособностями в какой-либо одной области.

Гармоничный человек, как было показано выше, выбирает приспособление к ре­альности. Однако нельзя однозначно исключать из ряда гармоничных индивидов лиц, использующих, к примеру, способ ухода от реальности. Это связано с тем, что реаль­ность, так же, как и отдельный индивид, может носить негармоничный характер. Напри­мер, добровольное приспособление к условиям авторитарного режима, разделение его ценностей и выбор соответствующего поведения нельзя рассматривать как признаки гармоничности человека.

В зависимости от способов взаимодействия с реальностью и нарушения тех или иных норм общества девиантное поведение разделяется на пять типов: делинквентное, аддиктивное, патохарактерологическое, психопатологическое, на базе гиперспособностей.

С нашей точки зрения, девиантным поведением следует считать любое по степени выраженности, направленности или мотивам поведение, отклоняющееся от критериев той или иной общественной нормы. При этом критерии обусловливаются нормами следования правовым указаниям и регламентациям (нормы законопослушания), мо­ральным и нравственно-этическим предписаниям (т. н. общечеловеческим ценностям), этикету и стилю. Одни нормы имеют абсолютные и однозначные критерии, расписан­ные в законах и указах, другие — относительные, передающиеся из уст в уста, трансли­рующиеся в виде традиций, верований или семейных, профессиональных и обществен­ных регламентации.



Взаимодействие индивида с реальностью и типы девиантного поведения 33

3.2.1. Делинквентный тип девиантного поведения

Разновидностью преступного (криминального) поведения человека выступает делин-квентное поведение — отклоняющееся поведение, в крайних своих формах представляю­щее собой уголовно наказуемое деяние. Отличия делинквентного от криминального пове­дения коренятся в тяжести правонарушений, выраженности антиобщественного их харак­тера. Правонарушения делятся на преступления и проступки. Суть проступка не только в том, что он не представляет существенной общественной опасности, но и в том, что отли­чается от преступления мотивами совершения противоправного действия.

К. К. Платонов (1987) выделил следующие типы личности преступников: I) определя­ется соответствующими взглядами и привычками, внутренней тягой к повторным пре­ступлениям; 2) определяется неустойчивостью внутреннего мира, когда личность совер­шает преступление под влиянием сложившихся обстоятельств или окружающих лиц: 3) определяется высоким уровнем правосознания, но пассивным отношением к другим нарушителям правовых норм; 4) определяется не только высоким уровнем правосозна­ния, но и активным противодействием или попытками противодействия при нарушении правовых норм; 5) определяется возможностью только случайного преступления.

В группу лиц с делинквентным поведением относят представителей 2-й, 3-й и 5-й групп. У них в рамках волевого сознательного действия в силу индивидуально-психоло­гических особенностей нарушается или блокируется процесс предвосхищения буду­щего результата деликта (проступка). Такие индивиды легкомысленно, часто под влия­нием внешней провокации совершают противоправное деяние, не представляя его по­следствий. Сила побудительного мотива к определенному действию тормозит анализ отрицательных (в том числе и для самого человека) последствий. Нередко делинквент-ные действия опосредуются ситуационно-импульсными или аффектогенными мотива­ми. В основе ситуационно-импульсных преступных действий лежит тенденция к разре­шению внутреннего конфликта, под которым понимается наличие неудовлетворенной потребности (Арсентьев, 1989). Реализуются ситуационно-импульсные мотивы, как пра­вило, без этапа предварительного планирования и выбора адекватных объектов, целей, способов и программы действия для удовлетворения актуальной потребности.

Делинквентное поведение может проявляться, к примеру, в озорстве и желании раз­влечься. Подросток из любопытства и «за компанию» может бросать с балкона тяжелые предметы (или еду) в прохожих, получая удовлетворение от точности попадания в «жер­тву». Из шалости человек может позвонить в диспетчерскую аэропорта и предупредить о якобы заложенной в самолете бомбе. С целью привлечения внимания к собственной персоне («на спор») молодой человек может попытаться залезть на телевизионную баш­ню или украсть у учителя из сумки записную книжку. Иногда употребление алкоголя или наркотика также носит характер проступка.

Различие делинквентного и криминального поведения коренится не в возрасте, с которого наступает уголовная ответственность (деликты могут совершать и взрослые, и даже пожилые люди), а в степени осознания индивидом своих противоправных поступ­ков и действий, их социальной значимости и вредоносных последствий для окружающих. Используя образное выражение Е. Анчел (1977), к делинквентному поведению можно отнести «преступные действия, намерения которых были невинными». Основой де­линквентного поведения взрослого и пожилого человека является психический инфан­тилизм с комплексом характерных признаков: неумением «разводить» идеальные и ре­альные цели, не соответствующей возрасту наивностью и прямодушием, детской вос­торженностью, эгоцентризмом, формально-обязательным выполнением долга и

2 Зак, 3806

34 Девиантное поведение: структура, механизмы, клинические формы

подчиняемостью, нежеланием и неумением прогнозировать возможные будущие не­желательные события (антиципационной несостоятельностью), повышенной обидчиво­стью, потребностью в утешении и опеке, склонностью к резким колебаниям настроения и выраженным аффективным реакциям.

3.2.2. Аддиктивный тип девиантного поведения

Аддиктивное поведение — это один из типов девиантного (отклоняющегося) пове­дения с формированием стремления человека к уходу от реальности путем искусствен­ного изменения своего психического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксацией внимания на определенных видах деятельности с целью раз­вития и поддержания интенсивных эмоций (Короленко, Донских, 1988).

Основной мотив личностей, склонных к аддиктивным формам поведения, — актив­ное изменение неудовлетворяющего их психического состояния, которое рассматрива­ется ими чаще всего как «серое», «скучное», «монотонное», «апатичное». Такому че­ловеку не удается обнаружить в реальной действительности какие-либо сферы деятель­ности, способные привлечь надолго его внимание, захватить, обрадовать или вызвать иную существенную и выраженную эмоциональную реакцию. Жизнь видится ему не­интересной в силу ее обыденности и однообразности. Он не приемлет того, что считает­ся в обществе нормальным: необходимости что-либо делать, заниматься какой-нибудь деятельностью, соблюдать какие-то принятые в семье или обществе традиции и нормы. Можно говорить о том, что у индивида с аддиктивной нацеленностью поведения значи­тельно снижена активность в обыденной жизни, наполненной требованиями и ожидани­ями. При этом аддиктивная активность носит избирательный характер: в тех областях жизни, которые пусть временно, но приносят человеку удовлетворение и вырывают его из мира эмоциональной стагнации и бесчувственности, он может проявлять недюжин­ную активность для достижения цели. В этом отношении показателен пример наркома­на, для которого вся окружающая жизнь неинтересна и в ней он пассивен. При этом его стремление ввести себе наркотическое вещество или приобрести его отражается в недю­жинной энергии, активности и азарте.

Выделяются следующие психологические особенности лице аддиктивными форма­ми поведения (Segal, 1989): 1) сниженная переносимость трудностей повседневной жиз­ни наряду с хорошей переносимостью кризисных ситуаций; 2) скрытый комплекс не­полноценности, сочетающийся с внешне проявляемым превосходством; 3) внешняя социабельность, сочетающаяся со страхом перед стойкими эмоциональными контакта­ми; 4) стремление говорить неправду; 5) стремление обвинять других, зная, что они невиновны; 6) стремление уходить от ответственности в принятии решений; 7) стерео­типность, повторяемость поведения; 8) зависимость; 9) тревожность.

Основной, в соответствии с имеющимися критериями, особенностью индивида со склонностью к аддиктивным формам поведения является рассогласование психологи­ческой устойчивости в случаях обыденных отношений и кризисов. В норме, как прави­ло, психически здоровые люди легко («автоматически») приспосабливаются к требова­ниям обыденной (бытовой) жизни и тяжелее переносят кризисные ситуации. Они, в отличие от лице разнообразными аддикциями, стараются избегать кризисов и волную­щих нетрадиционных событий.

Классическим антиподом аддиктивной личности выступает обыватель — человек, живущий, как правило, интересами семьи, родственников, близких людей и хорошо при­способленный к такой жизни. Именно обыватель вырабатывает устои и традиции, стано-



Взаимодействие индивида с реальностью и типы девиантного поведения

35

вящиеся общественно поощряемыми нормами. Он консервативен по своей сути, не склонен что-либо менять в окружающем мире, довольствуется тем, что имеет («малень­кими радостями жизни»), старается исключить риск до минимума и гордится своим «правильным образом жизни».

В отличие от него, аддиктивной личности, напротив, претит традиционная жизнь с ее устоями, размеренностью и прогнозируемостью, когда «еще при рождении знаешь, что и как произойдет с конкретным человеком». Предсказуемость, заданность собственной судьбы становится раздражающим моментом для аддиктивной личности. Кризисные же ситуации с их непредсказуемостью, риском и выраженными аффектами являются для них той почвой, на которой они обретают уверенность в себе, самоуважение и чувство превосходства над другими. У аддиктивной личности отмечается феномен «жажды острых ощущений» (Петровский, 1992), характеризующийся побуждением к риску, обу­словленным опытом преодоления опасности.

По мнению Э. Берна (Bern, 1988), у человека существует шесть видов «голода»: I) голод по сенсорной стимуляции; 2) голод по признанию; 3) голод по контакту и физичес­кому поглаживанию; 4) сексуальный голод; 5) структурный голод, или голод по структу­рированию времени;6)голод по инцидентам.

В рамках аддиктивноготипа поведения каждый из перечисленных видов голода обо­стряется. Человек не находит удовлетворения чувства «голода» в реальной жизни и стре­мится снять дискомфорт и неудовлетворение реальностью стимуляцией тех или иных видов деятельности. Он пытается достичь повышенного уровня сенсорной стимуляции (отдает приоритет интенсивным воздействиям, громкому звуку, резким запахам, ярким изображениям), признания неординарными его поступков (в том числе сексуальных), заполненности времени событиями.

Вместе с тем объективно и субъективно плохая переносимость трудностей по-вседневной жизни, постоянные упреки в неприспособленности и отсутствии жизнелю­бия со стороны близких и окружающих формируют у аддиктивных личностей скрытый «комплекс неполноценности». Они страдают от того, что отличаются от других, от того, что не способны «жить как люди». Однако такой временно возникающий «комплекс неполноценности» оборачивается гиперкомпенсаторной реакцией. От заниженной са­мооценки, навеваемой окружающими, индивиды переходят сразу к завышенной, минуя адекватную. Появление чувства превосходства над окружающими выполняет защитную психологическую функцию, способствуя поддержанию самоуважения в неблагоприят­ных микросоциальных условиях — условиях конфронтации личности с семьей или кол­лективом. Чувство превосходства зиждется на сравнении «серого обывательского боло­та», в котором находятся все окружающие, и «настоящей, свободной от обязательств жизни» аддиктивного человека.

Учитывая, что давление на таких людей со стороны социума достаточно интенсив­но, аддиктивным личностям приходится подстраиваться под нормы общества, играть роль «своего среди чужих». Вследствие этого они научаются формально исполнять со­циальные роли, навязанные им обществом (примерного сына, учтивого собеседника, добропорядочного коллеги). Внешняя социабельность, легкость налаживания контактов сопровождается манипулятивным поведением и поверхностностью эмоциональных свя­зей. Такой человек страшится стойких и длительных эмоциональных контактов вслед­ствие быстрой потери интереса к одному и тому же человеку или виду деятельности и опасения ответственности за какое-либо дело. Мотивом поведения «закоренелого холо­стяка» (категорического отказа связать себя узами брака и иметь потомство) в случае преобладания аддиктивных форм поведения может быть страх ответственности за



36 Девиантное поведение: структура, механизмы, клинические формы

возможную супругу и детей и зависимости от них. По сходному механизму многие наркозависимые и больные алкоголизмом поддерживают миф о том, что «бывших нар­команов (алкоголиков) не бывает». Они страшатся ответственности, которая может лечь на их плечи в процессе лечения и реабилитации.



Стремление говорить неправду, обманывать окружающих, а также обвинять дру­гих в собственных ошибках и промахах вытекает из структуры аддиктивной личности, пытающейся скрыть от окружающих собственный «комплекс неполноценности», обу­словленный неумением жить в соответствии с устоями и общепринятыми нормами.

Базисная характеристика аддиктивной личности — зависимость. Для оценки и отне­сения человека к зависимому типу выделяют перечисленные ниже признаки, пяти из которых достаточно для диагностики клинической зависимости:



  1. неспособность принимать решения без советов других людей;

  2. готовность позволять другим принимать важные для него решения;

  3. готовность соглашаться с другими из страха быть отвергнутым, даже при осозна­нии, что они не правы;

  4. затруднения начать какое-то дело самостоятельно;

  5. готовность добровольно идти на выполнение унизительных или неприятных ра­бот с целью приобрести поддержку и любовь окружающих;

  6. плохая переносимость одиночества— готовность предпринимать значительные усилия, чтобы его избежать;

  7. ощущение опустошенности или беспомощности, когда обрывается близкая связь;

  8. охваченность страхом быть отвергнутым;

9) легкая ранимость, податливость малейшей критике или неодобрению со стороны.
Наряду с зависимостью основное в поведение аддиктивной личности — стремление к

уходу от реальности, страх перед обыденной, наполненной обязательствами и регламента-циями «скучной» жизнью, склонность к поиску запредельных эмоциональных пережива­ний даже ценой серьезного риска и неспособность быть ответственным за что-либо.

Уход от реальности совершается при аддиктивном поведении в виде своеобразного «бегства», когда взамен гармоничному взаимодействию со всеми аспектами действи­тельности происходит активация в каком-либо одном направлении. При этом человек сосредоточивается на узконаправленной сфере деятельности (часто негармоничной и разрушающей личность), игнорируя все остальные. Выделяют четыре вида «бегства» от реальности: «бегство в тело», «бегство в работу», «бегство в контакты или одино­чество» и «бегство в фантазии» (рис. 2) (Peseschkian, 1990).

При выборе ухода от реальности в виде «бегства в тело» происходит замещение традиционной жизнедеятельности, направленной на семью, служебный рост или хобби, изменение иерархии ценностей обыденной жизни, переориентация на деятельность, на­целенную лишь на собственное физическое или психическое усовершенствование. При этом гиперкомпенсаторным становится увлечение оздоровительными мероприятиями (т. н. «паранойя здоровья»), сексуальными взаимодействиями (т. н. «поиск и ловля оргаз­ма»), собственной внешностью, качеством отдыха и способами расслабления.



«Бегство в работу» характеризуется дисгармоничной фиксацией на служебных делах, которым человек начинает уделять непомерное в сравнении с другими областями жизни время, становясь трудоголиком.

Изменение ценности коммуникации формируется в случае выбора поведения в виде «бегства в контакты или одиночество». В этом случае общение становится либо единственно желанным способом удовлетворения потребностей, замещая все иные, либо количество контактов сводится к минимуму.






Взаимодействие индивида с реальностью и типы девиантного поведения 37


«Бегство в тело» «Бегство в работу»

«Бегство в контакты» «Бегство в фантазии»

Рис. 2. Виды «бегства от реальности»

Склонность к размышлениям, прожектам при отсутствии желания что-либо вопло­тить в жизнь, совершить какое-нибудь действие, проявить какую-нибудь реальную ак­тивность называется «бегством в фантазии». В рамках подобного ухода от действитель­ности появляется интерес к псевдофилософским исканиям, религиозному фанатизму, жизни в мире иллюзий и фантазий.

Употребление алкоголя и злоупотребление им, а также табаком или наркотическими веществами можно рассматривать как сочетанное бегство — «в тело» (поиск новых ощущений), «в контакты» и «в фантазии».



3.2.3. Патохарактерологический тип девиантного поведения

Под патохарактерологический типом девиантного поведения понимается поведе­ние, обусловленное патологическими изменениями характера, сформировавшимися в процессе воспитания. К нему относятся т. н. расстройства личности (психопатии) и явные или выраженные акцентуации характера. Дисгармоничность черт характера приводит к тому, что изменяется вся структура психической ;1еятельности человека. В вы­боре своих поступков он часто руководствуется не реалистичными и адекватно обуслов­ленными мотивами, а существенно измененными «мотивами психопатической самоак­туализации». Сущностью данных мотивов—ликвидация личностного диссонанса, в част-

38 Девиаитное поведение: структура, механизмы, клинические формы

ности, рассогласования между идеальным «Я» и самооценкой. По данным Л. М. Балаба­новой (1998), при эмоционально-неустойчивом расстройстве личности (возбудимой психопатии) наиболее частым мотивом поведения становится стремление к реализа­ции неадекватно завышенного уровня притязаний, тенденция к доминированию и вла­ствованию, упрямство, обидчивость, нетерпимость к противодействию, склонность к самовзвинчиванию и поискам поводов для разрядки аффективного напряжения. У лиц с истерическим расстройством личности (истерической психопатией) мотивами де-виантного поведения выступают, как правило, такие качества, как эгоцентризм, жажда признания, завышенная самооценка. Переоценка своих реальных возможностей ведет к тому, что ставятся задачи, соответствующие иллюзорной самооценке, совпадающей с идеальным «Я», но превышающие возможности личности. Важнейший мотивацион-ный механизм здесь — стремление к манипулированию окружающими и контролю над ними. Люди из окружения рассматриваются лишь как орудия, которые должны служить удовлетворению потребностей данного человека. У индивидов с ананкастными и тре­вожными (уклоняющимися) личностными расстройствами (психастенической пси­хопатией) патологическая самоактуализация выражается в сохранении ими привычно­го стереотипа действий, в уходе от перенапряжений и стрессов, нежелательных контак­тов, в стремлении не утратить личностную независимость. При столкновении таких людей с окружающими, с непосильными задачами в силу своей ранимости, мягкости, низкой толерантности к стрессу они не получают положительного подкрепления, чувствуют себя обиженными, преследуемыми.

По мнению И. Н. Пятницкой (1984) и многих других исследователей-наркологов, для наркоманов типичен гипертимный тип акцентуации характера. Он проявляется повышен­ным настроением, коммуникабельностью, легкомысленностью, повышенной активностью.

К патохарактерологическим девиациям относят отклонения поведения на базе не­вротических расстройств и невротических развитии личности — патологические формы поведения и реагирования, сформированные в процессе неврозогенеза. В боль­шей степени они представлены обсессивными симптомами в рамках обсессивного раз­вития (по Лакосиной, 1970). Девиации в таких случаях проявляются в виде невротических навязчивостей и ритуалов, пронизывающих всю жизнедеятельность человека. В зависи­мости от их клинических проявлений человек может выбирать способы болезненного противостояния реальности. К примеру, человек с навязчивыми ритуалами может подо­лгу и в ущерб своим планам совершать стереотипные действия (открывать и закрывать двери, определенное количество раз пропускать подходящий к остановке троллейбус), цель которых — снятие состояния эмоционального напряжения и тревоги.

К сходному параболезненному патохарактерологическому состоянию относят по­ведение в виде поступков, основанных на символизме и суеверных ритуалах. В подоб­ных случаях поступки человека зависят от его мифологического и мистического воспри­ятия действительности. Выбор действий строится на основе символического истолкова­ния внешних событий. Человек, например, может отказаться от необходимости совершить какой-либо поступок (жениться, сдавать экзамен и даже выйти на улицу) в связи с «неподходящим расположением небесных светил» или иными псевдонаучными трактовками действительности и суевериями.

3.2.4. Психопатологический тип девиантного поведения

Психопатологический тип девиантного поведения основывается на психопатологи­ческих симптомах и синдромах, представляющих собой проявления тех или иных психи-

Взаимодействие индивида с реальностью и типы девиантного поведения 3-9

ческих расстройств и заболеваний. Как правило, мотивы поведения психически больно­го остаются непонятными до тех пор, пока не обнаружены основные признаки психи­ческих расстройств. Пациент может проявлять отклоняющееся поведение в силу нару­шений восприятия — галлюцинаций или иллюзий (например, затыкать уши или к чему-то прислушиваться, искать несуществующий объект, разговаривать с собой), нарушений мышления (высказывать, отстаивать и пытаться добиваться поставленных целей на осно­ве бредового истолкования действительности, активно ограничивать сферы своего обще­ния с окружающим миром в силу навязчивых идей и страхов), совершать нелепые и непонятные поступки или месяцами бездействовать, делать стереотипные вычурные дви­жения или надолго застывать в однообразной позе из-за нарушений волевой активности.

Нередко на базе алкоголизма или наркомании возникают психотические расстрой­ства, определяющие новый девиантный стереотип поведения человека. Кроме того, его поведение может меняться в зависимости оттого, в каком состоянии он находится — в состоянии алкогольного (наркотического) опьянения или абстиненции.

Разновидностью патохарактерологического, психопатологического и аддиктивного типов девиантного поведения является саморазрушающее (аутодеструктивное) пове­дение. Суть его заключается в том, что система поступков человека направлена не на развитие и личностный рост, не на гармоничное взаимодействие с реальностью, а на деструкцию личности. Агрессия направляется на себя (аутоагрессня), внутрь самого человека, тогда как действительность рассматривается как что-то оппозиционное, не дающее возможности полноценной жизни и удовлетворения насущных потребностей. Аутодеструкция проявляется в виде суицидального поведения, наркотизации и алкого­лизации и некоторых других разновидностей девиаций. Мотивами к саморазрушающе­му поведению становятся аддикции и неспособность справляться с обыденной жизнью, патологические изменения характера, а также психопатологические симптомы и синд­ромы.



3.2.5. Основанный на гиперспособностях тип девиантного поведения

Особым типом отклоняющегося поведения считают девиации, обусловленные ги­перспособностями человека (Платонов, 1986). Выходящими за рамки обычного, нор­мального поведения рассматривают поступки человека, чьи способности значительно и существенно превышают среднестатистические. В подобных случаях говорят о проявле­ниях одаренности, таланта, гениальности в какой-либо одной из видов деятельности че­ловека. Отклонение в сторону одаренности в одной области часто сопровождается деви­ациями в обыденной жизни. Такой человек нередко не приспособлен к «бытовой, при­земленной» жизни. Он не способен правильно понимать и оценивать поступки и поведение других людей, оказывается наивным, зависимым и неподготовленным к труд­ностям повседневной жизни. Если при делинквентном поведении наблюдается противо­борство во взаимодействии с реальностью, при аддиктивном — уход от реальности, при патохарактерологическом и психопатологическом, — болезненное противостояние, то при поведении, связанном с гиперспособностями — игнорирование реальности. Чело­век существует в реальности («здесь и теперь») и одновременно как бы живет в иной, собственной реальности, не размышляя о необходимости «объективной реальности», где действуют другие окружающие люди. Он расценивает обычный мир как что-то мало­значимое, несущественное и поэтому не принимает никакого участия во взаимодей­ствии с ним, не вырабатывает стиля эмоционального отношения к поступкам и поведе-

40 Девиантное поведение: структура, механизмы, клинические формы

нию окружающих, принимает любое происходящее событие отрешенно. Вынужденные контакты воспринимаются человеком с гиперспособностями как необязательные, вре­менные и не относятся к значимым для его личностного развития. Внешне в обыденной жизни поступки такого человека могут носить характер чудаковатости. К примеру, он может не знать, как пользуются бытовыми приборами, как совершаются обычные дей­ствия. Весь интерес сосредоточен на деятельности, связанной с его неординарными способностями (музыкальными, математическими, художественными и иными).

Подытоживая рассмотрение типов девиантного поведения, можно указать на то, что зависимость от психоактивных веществ (например, от наркотиков) может быть включен­ной в любой из перечисленных типов.

В рамках делинквентного наркотического поведения основным мотивом употреб­ления наркотических веществ можно считать стремление человека противостоять реаль­ности, протест против доминирующих в обществе и микросоциуме норм поведения, эпатаж, стремление «взорвать ситуацию», действовать назло родителям, учителям. Ин­дивид активно пытается разрушать ненавистную ему действительность, изменять ее в соответствии с собственными установками и ценностями. Он убежден, что все его про­блемы обусловлены факторами действительности, и единственный способ достижения своих целей — борьба с действительностью, попытка переделать реальность под себя. При этом ответом со стороны действительности по отношению к такому индивиду ста­новится также противодействие, изгнание или попытка изменить индивида, подстроить его под требования реальности. Данный вариант формирования психологической зави­симости от наркотика следует рассматривать как протестный, требующий гармониза­ции отношений человека с его окружением.

При аддиктивном варианте основным мотивом употребления наркотических веществ становится уход от реальности в иллюзорный, субъективно значимый и комфортный мир. Преобладающей становится гедонистическая мотивация, а типичным — феномен «жажды острых ощущений». Приобщение к наркотическому веществу происходите целью вывода себя из состояния скуки, безразличия, безрадостности. Наркотическое аддиктивное поведе­ние, по данным наших исследований, носит поисковый (творческий, креативный) характер.

В рамках патохарактерологического и психопатологического вариантов наркотиче­ского девиантного поведения употребление наркотических веществ следует рассматри­вать как компенсацию «психопатологического дефекта», проявляющегося в виде дис­комфорта, связанного с наличием симптомов или патологических черт характера. В по­добных случаях наркотик выступает в роли своеобразного «лекарственного средства», купирующего негативные эмоции, позволяющего улучшить процесс коммуникации. При наркотическом девиантном поведении на базе гиперспособностей основными мо­тивами наркотизации являются мода, престиж, чувство принадлежности к рангу избран­ных, особых, богемы.

Девиантное (отклоняющееся) поведение имеет следующие клинические формы:


  1. агрессия;

  2. аутоагрессия (суицидальное поведение);

  3. злоупотребление веществами, вызывающими состояния измененной психиче­ской деятельности (алкоголизация, наркотизация, табакокурение и др.);

  4. нарушения пищевого поведения (переедание, голодание);

  5. аномалии сексуального поведения (девиации, перверсии, отклонения психосек­суального развития);

  6. сверхценные психологические увлечения (трудоголизм, гемблинг, коллекциониро­вание, «паранойя здоровья», фанатизм — религиозный, спортивный, музыкальный и пр.);

Взаимодействие индивида с реальностью и типы девиантного поведения 41

  1. сверхценные психопатологические увлечения («философическая интоксика­ция», сутяжничество и кверулянство, разновидности маний — клептомания, дромома-нияидр.);

  2. характерологические и патохарактерологические реакции (эмансипации, груп­пирования, оппозиции и др.);

  3. коммуникативные девиации (аутизация, гиперобщительность, конформизм, псев-дология, ревность, фобическое и нарциссическое поведение, нигилизм, крусадерство, «вегетативность» и др.);




  1. безнравственное и аморальное поведение;

  2. неэстетичное поведение, или девиации стиля поведения.

Каждая из клинических форм может быть обусловлена любым типом девиантного поведения, а иногда мотивом выбора той или иной формы служит несколько разновид­ностей отклоняющегося поведения одновременно. Так, к примеру, алкоголизация мо­жет быть связана с аддикциями (уходом от реальности); с патологией характера, когда употребление спиртного и злоупотребление спиртными напитками выступает в роли своеобразной терапевтической компенсации и снятия внутриличностного конфликта; с психопатологическими проявлениями (маниакальным синдромом) или с сознательным доведением себя до определенного психического состояния с целью совершения делин-квентных поступков.

Традиционно зависимое поведение в отечественной и зарубежной литературе ассо­циируется с понятием аддикции или аддиктивным типом девиантного поведения. До­словно «аддикция», конечно же, обозначает «зависимость». Однако клинический опыт убеждает в том, что зависимое поведение может формироваться не только по законам гедонистической мотивации, являющимся основополагающими в диагностике данного типа девиации — первичная аддикция, но и на базе иных типов отклоняющегося поведе­ния— вторичная аддикция.

К зависимому поведению, помимо зависимости от психоактивных веществ, могут относиться разнообразные формы девиаций. Существенно и появление фетиша — объекта или субъекта зависимости. Из перечисленных выше форм девиантного поведения к ним относятся пищевые, сексуальные зависимости, сверхценные увлечения, некоторые раз­новидности коммуникативных девиаций, девиации стиля поведения. Теоретически мож­но представить формирование аутоагрессивной и агрессивной форм зависимостей, ког­да фетишем становится, к примеру, процесс самоповреждения или мучений окружаю­щих.


ч. 1 ч. 2 ч. 3 ... ч. 46 ч. 47